Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

ИДЕТ БОЕВАЯ УЧЕБА. В Австралии начались слушания по делу об изнасилованиях курсантов ВМС



В Австралии начались судебные слушания по делу об изнасилованиях курсантов учебных заведений военно-морских сил страны. Об этом сообщает The Independent.

Причиной послужили многочисленные обращения курсантов, которые жаловались на дедовщину и сексуальное насилие в учебных заведениях. Специальная комиссия по расследованию, созданная в 2012 году в ответ на тысячи жалоб со стороны бывших учеников, рассмотрела дела 111 бывших военнослужащих Сил обороны Австралии, переживших насилие.

По словам курсантов, в учебных заведениях существует неофициальный ритуал инициации, в ходе которого учащихся заставляют насиловать друг друга, в том числе противоестественным образом. В число пыток также входят полировка половых органов кремом для обуви, смыв воды в унитазе, когда там находится голова курсанта, а также избиения. Подобная инициация считалась «подготовкой к настоящей флотской службе». Collapse )

Интересно, как эти самые курсанты могут насиловать друг друга естественным образом?
Но дедовщина, как нетрудно догадаться, только у тупых совков, потому что её придумал Сталин.

Русский прапорщик Первой мировой

Русский прапорщик Первой мировой
По мотивам статьи А.Волынца.

В 1907 году, по статистике, в Русской императорской армии на тысячу новобранцев приходилось 617 неграмотных, в то время как в армии Германского рейха один неграмотный приходился лишь на 3 тысячи призывников. Разница в 1851 раз. Многомиллионные призывные армии, которые двинутся в многолетний бой в августе 1914 года, требовали не только миллионов рядовых, но и огромное количество офицеров, особенно младших, которые должны были повести за собой солдат. В Российской Империи, которая за годы Первой мировой призвала в армию свыше 16 миллионов человек, на должности младших командиров по образованию, сравнимому с германским школьным, могло претендовать менее 10% от этой огромной массы. Боевые потери офицерского корпуса русской армии в 1914-17 годах составили 71 298 человек, из них 94% пришлось на младший офицерской состав - 67 722 погибших. При этом большая часть убитых офицеров (62%) полегла на поле боя в первые полтора года войны. В армии образовался огромный некомплект командиров, особенно младших.

Collapse )

В ЧЕМ УСТУПАЛИ СТАЛИНСКИЕ СОКОЛЫ АСАМ ЛЮФТВАФФЕ?

Анализ советских и немецких источников, введенных в научный оборот за последние 10–15 лет, подводит нас к однозначному выводу: советская авиация действовала в Великой Отечественной войне менее эффективно, чем немецкая. Будучи куда более многочисленными, чем люфтваффе, советские ВВС добились меньших успехов и понесли несравненно бóльшие потери. Да и успехов советские ВВС добивались в большей степени числом, нежели умением.
Столь же ясной представляется и первопричина меньшей эффективности краснозвездной авиации: это общая культурная отсталость тогдашнего СССР по сравнению с Германией.
Collapse )

Топ-10 лицемерных чиновников — «Педриотов»

1. Ремезков Александр Александрович, депутат Государственной Думы от партии «Единая Россия», гордый отец трех талантливых детей.

Его старший сын Степан закончил военный колледж Valley Forge в США, где готовился по программе будущего офицера американской армии. После колледжа он поступил в частный университет Hofstra в Нью-Йорке, где учится, пока его папа, замглавы комитета ГД по законодательству, вносит на рассмотрение законы о запрете усыновления российских сирот американскими семьями и об иностранных агентах, изредка навещая сына в США


лицемеры

Средний сын Николай — c 2008 года учится в Великобритании в частной школе Malvern College.

Младшая дочь Маша проживает в Вене, где занимается гимнастикой и представляет сборную своей Родины Австрии в детских соревнованиях.

Collapse )

ТЯЖЕЛОЕ НАСЛЕДИЕ САМОДЕРЖАВИЯ (окончание).

Но главной причиной провала попыток дать курсантам тех лет пол­ное среднее образование следует считать слишком низкий общеобразо­вательный уровень принимаемых в военные школы. О каком получении всего за 2,5-3,5 года образования в объеме 9 классов могла идти речь, если в 1927/1928 учебном году большинство курсантов до поступления в воен­ную школу окончило лишь 4 и менее классов32 и если на изучение обще­образовательных дисциплин отводилось лишь 15-30% учебного времени (для военной школы и это было слишком много)? О каком достижении за это время сколько-нибудь приемлемого уровня знаний и общего развития могла идти речь, если в 1931-1932 гг. от седьмой до пятой части курсантов вообще не имело за плечами ни одного класса общеобразовательной школы (не получив при этом и домашнего образования, которое получали такие юнкера до революции)? Тут не помогли бы ни передовая методика обучения, ни сколь угодно большое количество преподавателей и помещений (позво­лившее бы дифференцировать программы). Будучи вынуждены, по выраже­нию начальника 1-й Ленинградской артиллерийской школы Н. Н. Вороно­ва, проноситься по программе бегом, малограмотные курсанты не только не могли получить полное среднее образование, но даже не успевали ликви­дировать и элементарную неграмотность в целом ряде вопросов.
Collapse )

ТЯЖЕЛОЕ НАСЛЕДИЕ САМОДЕРЖАВИЯ

Очень любопытная и великолепно фундированная статья А.А. Смирнова «Социальный расизм» и деинтеллектуализация командного состава Красной армии в 1920-х — первой половине 1930-х гг. // Величие и язвы Российской Империи: Международный научный сборник к 50-летию О. Р. Айрапетова / Составитель В. Б. Каширин. М., 2012.

Cтатья большая, поэтому публикую, разбив на несколько частей.

Collapse )

ИСТОКИ СИСТЕМНОГО КРИЗИСА РУССКОЙ АРМИИ НАЧАЛА ХХ в.

Реформы Милютина, как и прусских реформаторов начала века, отталкивались от осознания правящей верхушкой банкротства существующей военной системы государства.

«Профессиональная» феодальная армия России, принудительно комплектуемая из крепостных крестьян для фактически пожизненной воинской службы и возглавляемая офицерами-дворянами, чье продвижение по службе определялось в первую очередь их местом в аристократической иерархии, стала в условиях бурного развития буржуазных государств-наций непригодной как инструмент войны. Насчитывая во время Восточной войны 1853-1856 гг. почти 2,3 млн. человек, российская армия потерпела сокрушительное поражение в Крыму от стотысячного десанта англо-французских войск, удаленного на тысячи километров от своих баз снабжения.

За два десятилетия, в течение которых Милютин возглавлял военное ведомство, ему удалось сделать немало для того, чтобы у России появился профессиональный офицерский корпус.

Как и Шарнхорст, Милютин считал, что основой профессионализма является образование. Здесь ему предстояла титаническая работа, ибо за период 1825-1855 гг., например, менее 30% российских офицеров получили хоть какое-то формальное военное образование. Милютин не только поставил присвоение офицерского звания в прямую зависимость от получения военного образования, но и реформировал всю систему последнего.

Старые кадетские корпуса, дававшие начальное и среднее образование с упором на привитие автоматического послушания посредством жесткого дисциплинарного воздействия, были упразднены. Вместо них Милютин создал военные гимназии, укомплектованные гражданскими преподавателями, задачей которых было преподавание прежде всего гуманитарных и естественных наук. Выпускники военных гимназий получали право на поступление во вновь созданные военные училища, где наряду с изучением военных предметов (стратегии, тактики, фортификационного дела и т.д.) они продолжали изучение иностранных языков, литературы и естественных наук. Одновременно были созданы так называемые прогимназии с четырехлетним сроком обучения, ученики которых готовились для поступления в юнкерские училища, дававшие более упрощенное и менее престижное, чем военные училища, образование.

С 1874 г. Милютин разрешил обучение во всех юнкерских и некоторых военных училищах представителей не только дворянского, но и других сословий, включая крестьянское. Целью Милютина было создание разносторонне образованного, социально ответственного офицерского корпуса, способного возглавить массовую армию с переменным личным составом и представляющего все слои общества. Потребность в такой армии стала особенно очевидной после впечатляющих побед Пруссии над Австрией в 1866 г. и Францией в 1871 г. Решающим шагом в этом направлении стало принятие по инициативе Милютина 4 января 1874 г. закона о всеобщей воинской повинности.

Реформы Милютина были первой и, к сожалению, последней попыткой построить российский офицерский корпус в соответствии с принципами военного профессионализма, утвердившимися в качестве универсальных к началу XX века во всех ведущих армиях мира.

Консервативный автократ Александр III, вступивший на трон в 1881 г. после убийства своего отца-реформатора, сразу же уволил Милютина и подверг жесткой критике и пересмотру его реформы.

Военные гимназии были упразднены, а вместо них воссозданы старые кадетские корпуса уже без гражданских преподавателей. Программы преподавания как в кадетских корпусах, так и в военных училищах были сокращены за счет гуманитарных и естественнонаучных предметов. Была ужесточена военная дисциплина и вновь введены телесные наказания. Поступление в кадетские корпуса и военные училища вновь стало доступным практически только дворянам. Единственный путь к офицерскому званию для представителей других сословий стал возможен только через юнкерские училища. Однако путь этот был чрезвычайно затруднен. Выпускникам юнкерских училищ присваивалось звание подпрапорщика (подхорунжего), и для получения первого офицерского звания прапорщика (с 1884 г. — подпоручика) или хорунжего они были обязаны прослужить несколько лет в войсках в сущности в качестве унтер-офицеров. Юнкерские училища были также переведены из ведения главного управления военного образования в ведение военных округов, что также снизило уровень получаемого юнкерами образования.

Резко углубился водораздел между офицерами-выпускниками кадетских корпусов и военных училищ, комплектовавшихся почти исключительно дворянскими детьми (в 1895 г. 87% учеников кадетских корпусов и 85% курсантов военных училищ были дворянами) и выпускниками юнкерских училищ (доля дворян в которых сократилась с 74% в 1877 г. до 53% в 1894 г.)13.

Так как выпускники военных училищ получали более качественное образование, чем юнкера и были теснее связаны с аристократической военной верхушкой, то становится понятным, почему они имели больше возможностей для службы в элитных гвардейских частях и для поступления в военные академии, чем менее родовитые выпускники юнкерских училищ.

Углубилось различие в положении привилегированного гвардейского и обычного офицерства. Гвардейские офицеры имели целый ряд преимуществ при продвижении по службе. Так, в гвардии в отличие от армии отсутствовали промежуточные ступени между капитаном и полковником, при переводе гвардейского офицера в армейские части он немедленно повышался в чине независимо от имеющейся выслуги лет и т.п. Образ жизни гвардейских и армейских офицеров также заметно отличался друг от друга. Отсюда лишь слегка замаскированный антагонизм между этими группами офицерства.

Естественно, что это не способствовало развитию таких неотъемлемых качеств профессионализма как корпоративность и групповая идентификация.

Не способствовало наличие многочисленных незаслуженных привилегий для части офицерского корпуса и развитию другого важного элемента профессионализма — стремлению к самообразованию как средству служебного роста. Есть немало доказательств того, что в 80-е и 90-е годы XIX столетия среди офицеров имело место падение интереса к учебе и чтению специальной литературы. Согласно статистике, в 1894 г. только 2% изданных в империи книг по оглавлениям и 0,9% по тиражу имели отношение к военной тематике. Для сравнения: в 1894 г. в России насчитывалось 34 тысячи офицеров, вдвое больше, чем докторов. И тем не менее в стране в том же году книги на медицинскую тему составляли 9% титулов и 3,7% тиража всех книжных изданий. В 1903 г. и 1904 г. было издано соответственно всего 165 и 124 книги на военную тему14.

С начала 1880-х годов и вплоть до начала первой мировой войны шло прогрессирующее падение престижности офицерской карьеры. Этому способствовал и реакционный характер контрреформ в армии после отставки Милютина, что отталкивало либерально и идеалистически мыслящую образованную молодежь, предпочитавшую искать другие способы служения отечеству. Бурный рост торговли и промышленности в России в конце XIX века открывал немало возможностей для хорошего заработка и интересной работы в гражданском секторе.

К тому же с материальной точки зрения положение основной массы офицеров было крайне незавидным. Их денежное довольствие в конце XIX — начале XX века было самым низким по сравнению со всеми другими армиями Европы. Поэтому многие офицеры искали возможности перейти на более высокооплачиваемую службу в пограничных войсках, жандармерии и МВД.

В целом, если исходить из критериев профессионализма, следует признать, что своего пика (хотя и на невысоком уровне) военный профессионализм в России достиг в период милютинских реформ, после чего вплоть до настоящего времени шла его то ускоряющаяся, то временно замедляющаяся деградация.